Боратынский Евгений Абрамович (1800 -1844)

Боратынский Евгений Абрамович (1800 -1844)

Родился Евгений Абрамович Боратынский в Тамбовской губернии в 1800 году, жил в Петербурге и Москве. О Казани в то время, наверное, только слышал. Все изменилось после женитьбы. В приданное его жены Анастасии, дочери Казанского помещика     Л.Энгельгардта, входило родовое поместье Каймары (ныне село Каймары Высокогорского муниципального района), по имущественным делам которого Боратынский и приезжал в Казань и Казанскую губернию.

Два раза посещал он наш край. В первый раз он прожил в Каймарах и Казани один год – с 1831 по 1832 год. Второй раз Боратынский приезжал в Каймары и Казань в 1833 году. Здесь произошла его встреча с Пушкиным, приехавшим в Казань для сбора материалов о восстании Пугачева.

В Казани, и особенно в Каймарах, были написаны лучшие его произведения: «Бывало, отрок звонким кликом», «Где сладкий шепот…» (о природе Каймар), «Послание к Языкову», «Элегия», сказка «Перстень», «Мой Элизий», стихотворение, посвященное памяти А. А. Дельвига.

Потомки Е. А. Боратынского (дети, внуки, правнуки) почти все жили в Казани и ее окрестностях. Они внесли значительный вклад в развитие культуры края.

Творческая биография

Боратынский начал писать стихи ещё юношей, живя в Петербурге и готовясь к поступлению в полк. В это время он сблизился с Дельвигом, Пушкиным, Гнедичем, Плетнёвым и другими молодыми писателями, общество которых имело влияние на развитие и направление его таланта. Своими лирическими произведениями он скоро занял видное место в числе поэтов пушкинского кружка, поэтов-«романтиков». Продолжительное пребывание в Финляндии, вдали от интеллигентного общества, среди суровой и дикой природы, с одной стороны, усилило романтический характер поэзии Боратынского, а с другой — сообщило ей то сосредоточенно-элегическое настроение, каким проникнута большая часть его произведений. Впечатления финляндской жизни, кроме ряда вызванных ими небольших стихотворений, с особенной яркостью отразились в первой поэме Боратынского, «Эда» (1826), которую Пушкин приветствовал как «произведение, замечательное своей оригинальной простотой, прелестью рассказа, живостью красок и очерком характеров, слегка, но мастерски означенных». Вслед за этой поэмой явились «Бал», «Пиры» и «Цыганка», в которых молодой поэт заметно поддался влиянию Пушкина и ещё более — влиянию «властителя дум» современного ему поколения — Байрона. Отличаясь замечательным мастерством формы и выразительностью изящного стиха, нередко не уступающего пушкинскому, эти поэмы обычно ставятся всё же ниже лирических стихотворений Боратынского.

Последние годы Боратынского ознаменованы нарастающим одиночеством в литературе, конфликтом как с давними оппонентами пушкинского круга, так и с нарождавшимися западниками и славянофилами.   В 1842 Боратынский издал свой последний, самый сильный сборник стихов — «Сумерки. Сочинение Евгения Боратынского». Эту книгу часто называют первой в русской литературе «книгой стихов» или «авторским циклом» в новом понимании, что будет характерно уже для поэзии начала XX века.

Мой дар убог, и голос мой не громок,

Но я живу, и на земли мое
Кому-нибудь любезно бытие:
Его найдет далекий мой потомок
В моих стихах; как знать? душа моя
Окажется с душой его в сношеньи,
И как нашёл я друга в поколеньи,
Читателя найду в потомстве я.